Благоговение

Благоговение — основа сердечной любви

Такому чувству, как благоговение, редко уделяется внимание в проповедях, книгах для современных христиан. Возможно, потому, что объяснить его обратившемуся от нецерковной жизни человеку очень трудно: не принято в нынешнем мире перед чем-либо благоговеть, не учат этому с детства. Поэтому нередко под благоговением понимают всего лишь правильное, каноничное отношение к священным предметам, тогда как на самом деле смысл этого понятия намного глубже. О том, как приобрести благоговейное чувство к Богу и чем опасно его отсутствие, мы говорим с игуменом Нектарием (Морозовым).

В центре мира

— Батюшка, понять, что такое благоговение, можно, наверное, только из собственного опыта: страх, уважение, трепет, почтение — ни одно из этих слов не раскрывает это понятие в верном ключе. А как нужно этот опыт приобретать, с чего начинать?

— Наверное, начинать нужно с самого простого: когда человек приходит в храм, который является местом особого Божественного присутствия, ему нужно всегда помнить, что он заходит не просто в какое-то здание, не в чью-то квартиру, а туда, где большее, нежели обычно, значение приобретает все, что он думает, что он говорит и делает. Конечно, каждый из нас в течение всей жизни находится перед взором Бога, но в храме — особенно. Мне неоднократно приходилось наблюдать, как люди нецерковные, едва-едва верующие, входя в храм, замирали буквально как дети, испытывая те самые священный трепет и благоговение, о которых мы говорим. Им никто никогда не объяснял, что здесь нужно так себя вести, так себя чувствовать,— это идет изнутри, из глубины. То есть вообще человеку, в храм приходящему, это чувство бывает присуще. То же самое происходит со священником по рукоположении: когда он сам становится перед престолом и начинает совершать Евхаристию, то испытывает те же самые непередаваемые чувства. Но потом постепенно может наступить то, что именуется привыканием к святыне. Как это происходит? Скажем, человек в храме делает что-то не так — и видит, что гром не гремит, молния в него не бьет, какая-то неисцелимая болезнь тотчас же его не поражает. И он начинает себя чувствовать как-то спокойнее и прохладнее. Если раньше он, образно говоря, открывал дверь храма с некой боязнью, то теперь может и ногой подтолкнуть. Все то же самое происходит и в отношении молитвы: первоначально, вставая молиться, человек ощущает нечто необычное для себя, ведь обыкновенно он с людьми разговаривает, а здесь ему предстоит беседовать с Богом. И вначале опять-таки бывают какие-то особые переживания в связи с этим, а потом, по мере привыкания, благоговение постепенно утрачивается.

— Что может человека от этой утраты хотя бы отчасти сохранить и что, наоборот, ускоряет этот процесс?

— Считается — и у многих святых отцов мы можем это найти — что одним из самых гибельных для человека внутренних проявлений является дерзость. Это некое состояние, под влиянием которого человек ведет себя так, как если бы никто не видел и не оценивал его слов и действий. Мы знаем, как проявляется дерзость в общении с людьми: человек кого-то хлопает по плечу, или называет, так сказать, в шутку каким-то словом на грани бранного, или перебивает, кричит. Мы также знаем, как проявляется дерзость на дорогах — как человек может дерзко себя вести, находясь за рулем. И точно так же дерзость может проявляться и в отношениях с Богом, когда человек наедине с Ним и с самим собой. И вот от такого поведения сердце человека может стать настолько сухим, что он и Бога перестает чувствовать: святые отцы уподобляли дерзость жгучему ветру из пустыни, который выдувает из души все живое, иссушивает всю живительную влагу. Конечно же, благоговение из подобным образом расположенного сердца уходит.

Очевидно, что для того, чтобы этого избежать, человек должен все время жить с ощущением того, что Господь его видит. Нужно постоянно задавать себе вопрос: а как Господь оценит мое слово, действие? Таким образом мы даже не то что работаем над собой — мы, скорее, просто осознаем реальность, потому что Господь действительно в каждое мгновение нашей жизни нас видит. Если это побуждает человека быть осмотрительнее, дисциплинирует его, он будет сохранять благоговение — может быть, даже как-то дополнительно в этом преуспевать. Если же это вызывает только панический страх или подавленность, если человек не заботится о том, чтобы быть внимательнее к себе, то, безусловно, благоговейное чувство ему сохранить не удастся.

— Как не утратить благоговейное чувство в храме тем, кто в нем работает, для кого это место не только молитвы, но и каких-то дел, причем повседневное?

— Иногда приходится наблюдать, как человек зашел в храм — ему что-то нужно сделать, к кому-то подойти — повесил одежду на крючок и тут же куда-то побежал. Конечно, должно происходить все совершенно иначе: человек зашел в храм, остановился, подумал о том, где он находится — по большому счету, в центре всего мира, потому что центр мира — там, где совершается Евхаристия. Во многих молитвословах, особенно старого издания, писалось: не приступай к молитве тотчас, но постой, дондеже утишатся твои чувства. И здесь точно так же — надо остановиться и подождать, пока утишатся чувства,— понять, где ты, перед Кем ты, с чем ты сюда пришел и опять-таки в каком состоянии ты находишься. Если все это постоянно пропускать и пробегать, то от благоговения и следа не останется у человека.

Основа богопознания

— Мне как-то встретилась цитата святителя Афанасия Великого, где он говорит о благоговении как о состоянии, необходимом для богопознания. То есть без этого чувства, собственно, человек и Бога познать не в состоянии?

— Это действительно так. Молитва, в собственном смысле, возможна только тогда, когда человек, с одной стороны, ощущает бездну, разделяющую его и Бога, а с другой стороны — ощущает, что Господь очень близко и слышит его. И благоговение как раз таки поставляет человека в то положение, из которого можно молиться, а без благоговения молитва для него превращается всего лишь в некий набор информации, которую он озвучивает. Человек начинает пытаться разговаривать с Господом на равных, а это невозможно, потому что не равен человек Богу. И то, о чем пишет святитель Афанасий Великий, другими словами выражает преподобный Исаак Сирин, который говорит о том, что смирением открывается таинство — таинство Божественной жизни. Смирение и благоговейное чувство — это вещи неразрывно связанные. Смиренный человек благоговеет, благоговейный — смиряется. У пророка Исайи есть такие слова: на кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих (Ис. 66, 2). Если человек в таком состоянии находится, то Господь милостиво взирает на него, если он это состояние разрушает, то в другом совершенно положении по отношению к Богу оказывается. Так что здесь есть такой очень сильный стимул: если ты хочешь, чтобы Господь милостиво взирал на тебя, будь кротким, смиренным, трепещущим словес Божиих, то есть благоговейным.

— Как прививать благоговение детям? Наверняка этот вопрос многих интересует…

— Благоговение невозможно «прививать» в отрыве от собственно жизни религиозной. Когда родители молятся сами и для них естественно то, что мы называем богобоязненностью, они и ребенку с самого раннего возраста дадут здравое понимание того, Кто есть Господь и в каких отношениях находится с Ним человек. И безусловно, воспитание благоговения — это не внушение ребенку того, что если он будет плохо себя вести, то Бог его накажет. Благоговение входит в жизнь ребенка, когда он видит благоговеющими своих родителей. Тогда он и сам будет таким.

— Каким образом против благоговения работает враг?

— Как я уже сказал, когда мы куда-то спешим и таким образом какие-то очень важные для себя вещи не продумываем глубоко, благоговейное чувство теряется. Вот это состояние — смятения, спешки — и старается всячески усилить враг. Преподобный Исаак Сирин называет смятение колесницей диавола, на которой он въезжает в душу человека со всеми мыслимыми и немыслимыми страстями. Когда же у человека упорядоченный внутренний мир, он очень многих ошибок не совершает, и разрушить его благоговейное чувство врагу не удается.

— А если все-таки разрушение произошло и сердце, захваченное суетой, не испытывает ни трепета, ни умиления?

— Есть такой момент, не все о нем знают: ум человека устроен таким образом, что стоит замедлить в какой-то мысли, начать всматриваться во что-то, и это проявляется, становится актуальным в сознании. К примеру, человек знает, что есть смерть, что она его настигнет. И бежит дальше как ни в чем не бывало. Но достаточно бывает сказать себе: «Нет, остановись на этой мысли» и всерьез себе это представить, как сердце уже начинает откликаться. Это подобно тому, как кусок фотобумаги нужно сначала положить под фотоувеличитель, а потом в проявитель — и там, в проявителе, какое-то время подержать. И потом вдруг это явление, эта реальность духовная, о которой мы размышляем, с полной ясностью входит в нашу жизнь, и мы ощущаем силу мысли об этом. Вот то же самое и здесь. Нужно жить с осознанием того, что Господь тебя сейчас видит? Остановись, скажи себе это. Замедли в этой мысли — на десять секунд, минуту, две минуты. И постепенно, раз за разом, ты будешь чувствовать, как происходят изменения.

Газета «Петропавловский листок» № 01, январь 2016 г.

благоговение

Значения в других словарях

  1. благоговение — • Глубокое (Языков). • Немое (Лермонтов). • Святое (Фруг). Словарь литературных эпитетов
  2. благоговение — БЛАГОГОВ’ЕНИЕ, благоговения, мн. нет, ср., перед кем-чем (·книж. ). Глубочайшее почтение. Толковый словарь Ушакова
  3. благоговение — Благоговение, благоговения, благоговения, благоговений, благоговению, благоговениям, благоговение, благоговения, благоговением, благоговениями, благоговении, благоговениях Грамматический словарь Зализняка
  4. благоговение — -я, ср. книжн. Особенно глубокое почтение, уважение к кому-, чему-л. бережно и с благоговением взял ее в руки и сказал, что это его скрипка, его инструмент. Достоевский, Неточка Незванова. Малый академический словарь
  5. благоговение — сущ., кол-во синонимов: 12 благоговейный трепет 3 боготворение 3 всеговение 1 культ 18 обожествление 15 пиетет 6 поклонение 18 почитание 14 почтение 15 преклонение 14 священный трепет 3 фетишизация 9 Словарь синонимов русского языка
  6. благоговение — Благогов/е́/ни/е . Морфемно-орфографический словарь
  7. благоговение — БЛАГОГОВЕНИЕ -я; ср. Книжн. Глубокое почтение, уважение к кому-, чему-л., преклонение перед кем-, чем-л. Внушать б. Испытывать б. перед творением зодчего. С благоговением слушать своего кумира. Толковый словарь Кузнецова
  8. благоговение — см. >> почтение ; благоговеть см. >> подчиняться Словарь синонимов Абрамова
  9. благоговение — орф. благоговение, -я Орфографический словарь Лопатина
  10. благоговение — благоговение ср. Глубокое уважение, почтение к кому-либо или к чему-либо, преклонение перед кем-либо или перед чем-либо. Толковый словарь Ефремовой
  11. благоговение — БЛАГОГОВЕНИЕ, я, ср. (высок.). Глубочайшее почтение. Б. перед памятью героя. Толковый словарь Ожегова
  12. благоговение — • глубокое ~ Словарь русской идиоматики
  13. благоговение — Благогов’ение — страх и смирение, вызванные любовью и преданностью. Библейский словарь Вихлянцева

Святые отцы о благоговении

По словам Паисия Святогорца, благоговение является необходимой чертой характера не только монахов, но и истинных христиан. Святой Паисий учил отличать благоговение от благочестия, когда все делается хорошо, но при этом не всегда прилагается разум и сердце.

Преподобный Паисий Святогорский

Благоговеющий перед Господом человек наполнен радостью, от него исходит особое внутреннее тепло.

Святой Святогорец подчеркивал, что без страха Божьего, внутренней скромности и духовной четкости пребывать в благоговейном состоянии невозможно. Христианин, вкусивший состояние благоговейности, отличается тонкими и аккуратными движениями, ощущая около себя постоянное присутствие Ангелов, Творца и святых.

В уме благоговеющего человека постоянно живет уверенность, что его тело — храм Бога Живого, нашего Спасителя, Иисуса Христа. Такой человек с почтением относится к иконам и Святому Писанию, никогда не будет использовать печатное издание, на котором написано имя Господнее, для своих хозяйственных нужд.

Простым примером благоговения могут служить христианки, которые с радостью и великим почитанием выполняют самую черновую работу в храме, а при этом их лица светятся от радости особой теплотой, ведь они служат Самому Богу, считая это за честь.

Значения слова благоговение. Что такое благоговение?

Благоговение

БЛАГОГОВЕНИЕ — религиозно-нравственное чувство, выражающее любовно-почтительное отношение к превосходящему человеческую субъективность,- Богу, святыням, высшим ценностям бытия…

Православная энциклопедия

Благоговение – преклонение перед величием и всемогуществом Божиим, безграничное доверие к благости Творца и трепетное чувство причастности реализации этого благого могущества в человеческом мире.

Православная энциклопедия «Азбука веры»

Благоговение высшая степень оценки одного человека другим, выражающаяся в признании его заслуг, достоинств и священного происхождения, как обладателя великого сокровища – образа Божьего, неуничтожимой святыни души.

Безрукова В.С. Основы духовной культуры. — 2000

БЛАГОГОВЕНИЕ (AWE) Термин, используемый в двух разных значениях. Первое из них может быть проиллюстрировано выражением ‘благоговеть перед кем-либо’. Второе значение соотносится с внезапным чувством подавленности…

Психоаналитические термины и понятия

Благоговение (от говеть в значении «угождать, уважать, бояться») – смесь страха и глубокого почтения. К концу жизни Микеланджело вызывал у своих современников чувство, близкое к благоговению (Р. Роллан, Жизнь Микеланджело).

Летягова Т.В. Тысяча состояний души: краткий психолого-филологический словарь. — 2011

БЛАГОГОВЕНИЕ ПЕРЕД ЖИЗНЬЮ

БЛАГОГОВЕНИЕ ПЕРЕД ЖИЗНЬЮ (Ehrfurcht vor dem Leben) — основной принцип этического учения А. Швейцера, сформулированный им в 1915 и изложенный в книге “Культура и этика” и ряде других работ…

Философская энциклопедия

БЛАГОГОВЕНИЕ ПЕРЕД ЖИЗНЬЮ — у А.Швейцера глубинное нравственное чувство, в котором ответственность за все живущее на Земле соединяется с готовностью жертвовать своей личной волей к жизни ради «бесконечной воли к жизни»…

Краткий религиозно-философский словарь. — 1996

Благоговение перед пенисом

Благоговение перед пенисом — в психоанализе — термин Ф. Гринэйкера, обозначает эмоцию, вызываемую у некоторых людей, чаще, повидимому, у женщин, видом пениса; некоторые из них наблюдают даже «ореол» вокруг пениса.

БЛАГОГОВЕНИЕ

БЛАГОГОВЕНИЕ

религиозно-нравственное чувство, выражающее любовно-почтительное отношение к превосходящему человеческую субъективность,- Богу, святыням, высшим ценностям бытия; основное религ. переживание непосредственного присутствия Божия в мире и в жизни.

В Синодальном переводе Свящ. Писания рус. слову «Б.» соответствуют греч. εὐλάβεια (осторожность, страх, робость, почитание, Б.- Притч 28. 14; Деян 8. 2; Евр 5. 7; 12. 28), ϕόβοϛ (страх, ужас, боязнь — Пс 118. 38; Мал 1. 6; 1 Петр 3. 15), σέβομαι (благоговею, почитаю, поклоняюсь — Ис 29. 13). В тексте Септуагинты производные от глагола εὐλαβέομαι не всегда соответствуют рус. «Б.», «благоговеть» в Синодальном переводе. Термином «Б.» описывается широкий спектр состояний, связанных со страхом: от позорной боязливости (Прем 17. 8), естественного страха перед лицом врагов (2 Макк 8. 16), страха перед соперником (1 Цар 18. 15, 29), опасения перед будущим (Нав 22. 24) до священного трепета (Исх 3. 6 ) и молчания перед лицом Божиим (Авв 2. 20; Соф 1. 7). Выражение «ἄνδρεϛ εὐλαβεἶϛ » из кн. Деяний святых апостолов передается в Синодальном переводе как «люди набожные» (2. 5) или «мужи благоговейные» (8. 2).

В письменных текстах Др. Руси слова «Б.», « «, « » фиксируются с XII-XIV вв. (Срезневский И. Материалы для Словаря древнерусского языка. М., 1958. Т. 1. С. 94) первоначально исключительно в церковном применении. В XVIII-XIX вв. Б. фигурирует и как понятие мирской морали, иногда не без нек-рого уничижительного оттенка: Б. определяется как «смесь страха и уважения, смирения и покорности», причем одним из значений слова «благоговеть» признается «раболепствовать» (Даль В. И. Толковый словарь живого рус. языка. М., 1978. Т. 1. С. 92); появляются характерные производные «благоговейник», «благоговейница» и т. п. (Там же).

Развитие понятия Б. соответствует историческому опыту религ. и нравственного сознания. На ранних этапах формирования представлений о высшем, сверхъестественном начале нарождающееся религ. чувство наиболее адекватно определяется предложенными нем. теологом Р. Отто терминами «majestas» (величие), «mysterium tremendum» (таинство, вызывающее трепет), «mysterium fascinosum» (чарующее таинство). Священное открывалось человеку в многоликости непредсказуемых стихийных сил, ужасающих и влекущих одновременно. Однако такое амбивалентное отношение к Первоисточнику бытия еще не было тождественно Б. в настоящем смысле этого слова.

Античный мир с его политеистическим мировосприятием четко различал «horror sacrilegii» (ужас святотатства) и «tremor sacer» (священный трепет), сопровождающий религ. поклонение. При этом то и др. тесно увязывается с духом и регламентом полисной, а впосл. имперской гражданской добродетели: благоговеть перед родными богами человек обязан как житель и гражданин данного города или гос-ва, вслед. чего Б. приобретает публичный характер. Поскольку, однако, могущество и благосклонность языческих божеств не всегда совпадают,- священный трепет, нравственная привязанность и религ. поклонение в античном мировоззрении еще не объединяются в органическую целостность, присущую идее Б. в христ. понимании.

В ВЗ, с одной стороны, Б.- страх и трепет в присутствии Бога и Его грозных знамений, это не статичный, ограниченный местом и временем, легко ритуализируемый священный страх приверженцев античного языческого культа, а глубокая душевная потрясенность и неизбывная тревожность человека, впервые ощутившего себя перед лицом действительно единого и всевластного, всюду настигающего Бога, Который есть «огнь поядающий, Бог ревнитель» (Втор 4. 24), но — прежде всего остального — Который есть Сущий (Исх 3. 14). Благоговейный страх в ветхозаветном представлении — это страх Иакова, воскликнувшего о месте присутствия Господа: «Как страшно сие место!» (Быт 28. 17); страх и трепет Авраама, безропотно ведущего на заклание своего единственного и возлюбленного сына (Быт 22). С др. стороны, столь же углубленный характер приобретает в ВЗ этика любви к Богу: «И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими» (Втор 6. 5); вся религиозно-нравственная атмосфера ветхозаветного бытия исполнена напряженными взаимоотношениями любви, сострадания, коллизиями верности и неверности человеческой в ответ на непреложную верность Бога. Страх и любовь, как 2 своеобразных вектора, сближаясь, создают этос Б.

Благая весть о воплощении, страстях, крестной смерти и воскресении Господа Иисуса Христа создает для христ. мироощущения центральную перспективу, в к-рой понятие Б. объединяет в себе преклонение перед величием и всемогуществом Божиим, безграничное доверие к благости Творца и трепетное чувство собственной ответственной причастности реализации этого благого могущества в человеческом мире. Прообразованный для христиан Свящ. историей, этос Б. становится существенным элементом как религ. опыта, так и человеческой нравственности, налагая свой отпечаток на устойчивые типы отношений личности к почитаемым ею людям, ценностям культуры, духовным и нравственным святыням, миру природы. Б. перед кем-либо означает почитание данной личности в силу изначально дарованного ей Богом совершенства, открытого и привлекательного для нас и вместе с тем требующего от нас деятельного соучастия. Благоговеть — значит быть причастным при соблюдении почтительной дистанции по отношению к предмету нашей причастности. Подлинно благоговеющий добровольно умаляет себя перед благоговеемым, тем самым открывая в нем и для себя новые возможности одухотворенного действия и возрастания.

Очерченное понимание Б. глубоко вошло в христ. традицию — его пробуждает и в нем раскрывается существо христ. богослужения, его утверждают и развивают многовековой уклад церковной жизни, почитание святых. Выдающиеся произведения христ. письменности, включая жития святых, учительную лит-ру, воспитывают в духе Б. перед Господом и Его творением. По словам свт. Тихона Задонского, «дети пред отцем своим поступают благоговейно, ничего не делают и не говорят непристойного, и всякое почтение ему показывают: тако христианам пред Богом вездесущим и все назирающим должно ходить со страхом и благоговением» (Творения: В 5 т. М., 1889. Т. 5. С. 257). Б., согласно свт. Тихону, рождается от познания вездесущия Божия: «Помни о вездеприсутствии Божием, и породится в тебе благоговеинство» (Т. 4. С. 9). По учению св. отцов, Б.- необходимое условие для занятия богословием, участия в богослужении, вообще в духовной жизни. Свт. Афанасий I Великий говорит о Б. как о состоянии, необходимом для богопознания: «Божество познается не в словесном изложении… но в вере и благочестивом размышлении с благоговением (εὐσεβεἶ λογισμὦ μεἰ εὐλαβείαϛ.)» (Athanas. Alex. Ep. ad Serap. I 20). Свт. Иоанн Златоуст называет Б. состояние души, необходимое при чтении Свящ. Писания (Ioan. Chrysost. In Ioan. 53. 3). По его словам, «надлежащее благоговение» (προσηκοὐση εὐλαβεία) наряду со страхом (ϕόβοϛ) и трепетом (τρόμοϛ ) характеризует состояние приступающего к Св. Тайнам (De proditione Judae I 1). Он укоряет своих слушателей в том, что они приходят в храм мимоходом, по привычке к празднику, а не по Б. души ( οὐ δἰ εὐλάβειαν ψνΔἦϛ ) (De bapt. Christ. 1).

Термин «Б.» употреблялся в древней Церкви и как форма обращения: «Твое Благоговение» — обращается свт. Афанасий Великий к имп. Иовиану (Athanas Alex. Ep. ad Jovianum. 1) и свт. Серапиону Тмуисскому (Ep. ad Serap. I 33; ср.: Ioan. Chrysost. Ep. 25; Greg. Nazianz. Ep. 102).

В рус. мысли заслуга выявления подлинной религ. и философско-этической содержательности понятия Б. принадлежит Вл. С. Соловьёву, представившему в «Оправдании добра» целостную систему истолкования человеческой нравственности, возводящую последнюю к 3 взаимосвязанным истокам: чувствам стыда, жалости и Б. При этом чувство стыда, согласно Соловьёву, выражает этическое отношение человека к низшей природе, жалость — к подобным ему живым существам, Б., или благочестие, определяет «должное отношение человека к высшему началу» и составляет т. о. «индивидуально-душевный корень религии» (Соловьев. С. 52). Поскольку указанные начала нравственности, при всей самобытности каждого из них, сохраняют между собой и нек-рую преемственность, в Б., как его понимает и описывает Соловьёв, есть нечто и от стыда, и от жалости — в частности, активный нравственный протест против недолжного и недостойного, не подобающего высшему призванию человека. Так же, как чувство стыда восстает против наших уступок низменным влечениям и как человеческая совесть протестует против всяческой несправедливости и неправды, и нарушение религ. обязанности, свидетельствующее об отдалении человека от «абсолютного центра вселенной», вызывает «могущественное противодействие нашей сокровенной целости» (Там же. С. 233) — противодействие, вынуждающее, как замечает Соловьёв, говорить уже «не «стыдно» и не «совестно», а «страшно» (Там же). Необходимым коррелятом Б., формирующим «отрицательную сторону благочестия», предстает, т. о., страх Божий — «чувство действительного несоответствия нашего абсолютному Добру, или совершенству» (Там же). Б. в его положительном выражении, согласно Соловьёву, «сводится окончательно к радостному ощущению, что есть существо бесконечно лучшее, чем мы сами, и что наша жизнь и судьба, как и все существующее, зависит именно от него,- не от чего-то бессмысленно-рокового, а от действительного и совершенного Добра — единого, заключающего в себе все» (Там же. С. 248). Несмотря на такое радостно-возвышенное завершение, чувство Б. выдвигает перед человеком настоятельную нравственную задачу. Оно властно побуждает его преодолевать собственную немощь, стремиться к совершенству, соответствующему Божию замыслу о нем. Развитие вытекающих отсюда императивов выстраивалось Соловьёвым в перспективе проповедуемого им «теургического делания», имеющего своей целью избавление человечества и мира от разрушительного воздействия времени и смерти (Там же. С. 236, 254 и др.).

Значимую для современности концепцию Б. представляет этика «благоговения перед жизнью» (die Ehrfurcht vor dem Leben) протестант. теолога и гуманиста-подвижника А. Швейцера. Он считал, что универсализация идеи жизни как высшей ценности является единственным способом утвердить созидательную силу и полемическую мощь христианства в драматических условиях XX в. По его мнению, «принцип нравственного» состоит в том, что человек способен испытывать равное Б. перед жизнью как по отношению к своей воле к жизни, так и по отношению к любой др.: «Этика есть безграничная ответственность за все, что живет…» (Швейцер. С. 218). Однако, с христ. т. зр., нравственный императив не есть лишь плод интуиции ценности жизни, но заповедь, данная человеку Творцом. Тем не менее Швейцер внес несомненный вклад в сохранение и актуализацию понятия Б. для светского европ. сознания, интерпретируя жизнь во всем многообразии ее проявлений как предмет этического Б.

Лит.: Соловьев В. С. Оправдание добра: Нравственная философия // он же. Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 1. С. 119-135, 170-204, 222-266; Франк С. Л. С нами Бог: Три размышления // он же. Духовные основы общества. М., 1992. С. 217-404; Швейцер А. Благоговение перед жизнью. М., 1992. С. 23-35, 216-237; Булгаков С. Н. Свет невечерний: Созерцания и умозрения. М., 1994. С. 8-22; Элиаде М. Священное и мирское // он же. Миф о вечном возвращении. С. 251-356. М., 2000.

В. А. Малахов

Православная энциклопедия. — М.: Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия». 2014.

Испытывать благоговение – значит быть счастливее

Психологи считают, что эмоция благоговения играет важную роль в достижении здоровья, счастья и благополучия. И для того, чтобы испытать ее, необязательно наблюдать суперлуние.

Вы могли испытывать это, стоя на краю Большого каньона. Или когда задумывались о безграничности космоса. А возможно, вы ощущаете что-то подобное, когда видите, что кто-то уступает место в переполненном поезде незнакомому человеку.

Речь идет об эмоции благоговения. По мнению ученых, она имеет важное значение в нашем ощущении себя счастливыми, в поддержании нашего физического здоровья и высокого качества наших социальных взаимодействий. Вероятно, она играла важную роль в том, как люди устанавливали контакт и отношения сотрудничества друг с другом на всем протяжении человеческой истории.

«Внимание людей, испытывающих благоговение, в большей мере направлено вовне, они больше ценят других в своих социальных взаимодействиях, – говорит доктор Дженнифер Стеллар, доцент факультета психологии Университета Торонто. (Она также изучает воздействие благоговения на иммунную систему тела.)

Психологи и неврологи, изучающие благоговение, определяют его как эмоцию, которую мы ощущаем в ответ на нечто огромное, что бросает вызов нашим привычным рамкам восприятия в той или иной области, приводя к изменению этих рамок. Эта информация была опубликована в часто цитируемой статье в журнале «Познание и эмоция» в 2003 году.

Речь идет о нашем переживании, когда мы встречаем нечто новое или непривычное, не укладывающееся в наше представление о мире, – говорит Эми Гордон, ведущий научный сотрудник Лаборатории изучения эмоций, здоровья и психофизиологии Университета Калифорнии – Сан-Франциско.

Как переживание благоговения сказывается на ощущении благополучия

Одно из важных отличий между благоговением и другими эмоциями (такими, как вдохновение или удивление) состоит в том, что благодаря ему мы можем почувствовать свою незначительность. Оно дает нам ощущение «самоумаления», говоря языком науки. А это полезно для нас, объясняет Стеллар.

Мы проводим большое количество времени в размышлениях о том, что происходит в нашем мире и имеет к нам непосредственное отношение. «Благоговение изменяет эту ситуацию, давая нам возможность почувствовать себя частью чего-то большего».

Почувствовать свою незначительность – значит испытать смирение. В результате ослабевают такие эгоистические тенденции, как ощущение себя «в своем праве», надменность и нарциссизм.

Ощущение своей незначительности и смирения становится причиной того, что мы сильнее хотим взаимодействовать с окружающими, в большей мере почувствовать свою связь с ними, добавляет Гордон. «Все это очень важно для ощущения благополучия».

Согласно исследованию 2018 года, над которым работали Стеллар и Гордон, люди, склонные, по их собственному мнению, испытывать в своей повседневной жизни благоговение чаще, чем другие, являются более смиренными по оценке их друзей. Участники, испытавшие опыт благоговения в ходе исследования (в результате просмотра внушающих это чувство видео), стали более трезво оценивать свои сильные и слабые стороны. Они также с большей вероятностью стали признавать роль внешних сил (таких как удача, высшее существо и т. д.) в своих личных достижениях (например, поступлении в университет) по сравнению с теми, кто не смотрел эти видео.

Специалисты в области изучения эволюции считают, что последствия пережитого опыта благоговения – ощущение своей незначительности, смирения и желание быть связанным с окружающими – должны рассматриваться в числе причин того, почему в течение человеческой истории люди объединялись в группы и сообщества и вели коллективный образ жизни.

«Дело в том, что опыт благоговения позволяет нам в большей мере соответствовать тому, что необходимо для поддержания социальной гармонии», – говорит Гордон. Хотя, уточняет она, как и в эволюционной психологии в целом, подобные теории невозможно проверить опытным путем.

Благоговение помогает поддерживать физическое здоровье

В ходе еще одного исследования группы Стеллар и Гордон было установлено, что у людей, которым, по их собственному мнению, благоговение свойственно в большей мере, чем другим, лучше действует иммунная система. В группе из 94 студентов у тех, кто сообщил, что испытывает позитивные эмоции чаще, чем негативные, обнаружился более низкий уровень хронических провоспалительных цитокинов.

Провоспалительные цитокины могут быть полезны в определенных случаях, если тело повреждено или болеет, однако их постоянно повышенный уровень ассоциируется с такими хроническими состояниями, как диабет, болезни сердца и депрессия. Благоговение оказалось единственной позитивной эмоцией, которая с большей вероятностью связана со стабильно низким уровнем провоспалительных цитокинов.

Чувство благоговения не только улучшает благополучие человека на индивидуальном уровне, но может послужить ключом к решению серьезных общественных проблем, добавляет доктор Крэйг Л. Андерсон, психолог-исследователь из Университета Калифорнии – Сан-Франциско.

Исследование его группы было проведено с участием группы ветеранов войн и группы молодых людей из районов со слабо развитой инфраструктурой, для которых был организован сплав на плотах по горной реке. Цель состояла в том, чтобы изучить влияние природы (именно о ней чаще всего говорят люди, испытывающие чувство благоговения) на психологическое благополучие этих людей. У всех участников уменьшилось проявление симптомов ПТСР и улучшились показатели общего ощущения счастья, удовлетворенности жизнью и степени ощущения связанности с окружающими, объясняет Андерсон.

Еще одно исследование группы Андерсона говорит о том, что люди, склонные испытывать благоговение, проявляют больше любознательности – как по собственной оценке, так и по оценке своих друзей. Это сочетание благоговения и любознательности, возможно, является причиной лучшей академической успеваемости среди учеников старших классов (установлена его связь с более высоким уровнем самоэффективности, трудовой этики и академической успеваемости).

«Это принципиально важные для общества вещи, – говорит он. – Наше исследование показывает, насколько большое значение опыт благоговения может играть в жизни людей». Эти открытия могут помочь в работе по исцелению психологических травм ветеранов или по преодолению некоторых факторов, создающих неравенство в районах со слабо развитой инфраструктурой.

>Благоговение

Дополнительная информация

Если люди благоговейны в своем отношении к Богу, они также проявляют благодарность за Его благословения, заповеди, Пророков, Церковь, таинства, священство и Его план, созданный Им для Своих детей. Благоговение также включает в себя самоуважение и личную чистоту. Это помогает поклоняться Богу должным образом и вести себя достойно.

Благоговейное поведение включает в себя молитву, изучение Священных Писаний, пост и уплату десятины и пожертвований. Кроме того, следует носить скромную одежду и следить за тем, чтобы наша речь была чистой и правильной. Глубина благоговения проявляется в выборе музыки и других развлечений, в манере говорит говорить о том, что свято, и в том, как человек одевается, посещая церковь и храм. Благоговение включает в себя готовность поступать правильно даже тогда, когда этого никто не видит. Благоговение по отношению к Господу также выражается в служении другим людям и благожелательном и уважительном отношении к ним.

Благоговение приводит к некоторым изменениям в жизни. Господь более обильно изольет Свой Дух на тех, кто благоговеен. Их будет меньше одолевать чувство беспокойства и растерянности. Они смогут получать откровения, которые помогут им разрешить свои личные проблемы и проблемы своей семьи.

Подобно тому, как благоговение помогает людям становиться ближе к Богу, непочтительное поведение помогает искусителю осуществлять свои цели. Сатана будет искушать людей, стараясь направить их вслед за усиливающейся во всем мире тенденцией к шуму, волнению и раздорам и отучить их от сдержанности и спокойного достоинства.

См. также Благодарность; Вера; Молитва; Откровение; Поклонение; Скромность

– См. Верой сильны (2004), стр. 145

Смотреть больше

понятие, определяющее глубокое уважение к Богу, как в помыслах, так и поступках. По своему содержанию оно неотделимо от благочестия как религиозного чувства. После крещения Руси в 988 г. это понятие заняло одно из центральных мест в рус. мысли. Как отмечал Зеньковский, особенностью православного аскетического благочестия было стремление не к отвержению, а к преображению и освящению мира. Флоровский писал, что сама рус. икона свидетельствует «о сложности и глубине, о подлинном изяществе древнерусского духовного опыта». Образцом Б. для рус. человека был Сергий Радонежский, с его еще отроческой безраздельной отданностью Богу. Свой вклад в сохранение подлинного благочестия церкви внесло старообрядчество. Характерным для православно-христианского понимания благочестия было творчество А. С. Хомякова, с его живой и глубокой личной религиозностью. Видимая церковь была для него первореальностью, «соборностью», проявлением церкви невидимой, в к-рой каждый человек в Б. и духовном единении с др. людьми и с Богом находил себя. Киреевский, постоянно общавшийся со старцами Оптиной пустыни и обладавший подлинным религиозным опытом, суть веры, коренящейся во внутреннем средоточии личности, усматривал в единении личного духа, в его цельности (и даже «всей цельности человека» с Богом). Одной из сокровенных тем Достоевского было постижение силы человеческого покаяния, добра и благочестия. Согласно К. Н. Леонтьеву, ценна только та любовь к людям, к-рая питается из христианской веры, Б. перед Богом. В нравственной философии В. С. Соловьева («Оправдание добра», 1897) Б. наряду с жалостью и стыдом является одной из вечных основ человеческой нравственности, коренящихся в природе человека. Оно выражает должное, любовное отношение человека к высшему началу, внутреннее подчинение и преклонение перед ним и составляет «индивидуально-душевный корень религии». Вера в Бога, неотделимая от веры в объективное значение добра в мире (поскольку Бог и есть абсолютное Добро), является «естественной религией» и позволяет человеку делать добро сознательно и разумно, ибо воля Отца, согласно Соловьеву, говорит через разум и совесть человека. Однако не всякая вера вполне совпадает с истинным Б., а только та, предмет к-рой является достойным, и лишь в случае достойного отношения к такому предмету. Б. и благодарность человека по отношению к Богу неразрывно связаны с Б. по отношению к предкам, через к-рых (в смысле наследственности и созданной предками среды) высшая воля определила существование данного человека, и с Б. по отношению к «провиденциальным» людям, продвигавшим человечество по направлению к совершенству. Настоящее Б., согласно Соловьеву, не зависит от знания к.-л. теологических, религиозно-философских или научных учений, а есть факт реального, действительного ощущения человеком присутствия и действия в нем Божества. Субъективную неправду неве- i рующих людей Провидение стремится также оправдать, направляя их энергию на полезные земные дела. Окончательный нравственный смысл жизни, или совершенное Добро, Соловьев определяет как триединство «любви нисходящей» (по отношению к материальной природе), «любви уравнивающей» (по отношению к людям) и «любви восходящей», или высшего Б., любви к Богу, обусловливающей первые два вида любви. Флоренский сущность Б., или любви к невидимому Богу, понимал как пассивное открытие сердца человеческого перед Богом и ожидание активного ответного откровения, нисхождения энергий Божественной любви. Глубокое понимание природы Б. встречается также в работе Франка «Смысл жизни» (1926): в этом чувстве человек открывает единство парализующего страха перед бездонной и беспощадной бездной бытия и гармонии, радостного покоя перед величием и неизъяснимой полнотой того же бытия. «Благоговение, — писал он, — есть «страх Божий», страх, дарующий слезы умиления и радость совершенного покоя и последнего приюта». В понимании Н. О. Лосского в живом религиозном опыте, наполненном чувством Б., Бог, или Божественное Сверхчто, открывается не только как абсолютная полнота бытия, но и как наиболее совершенная ценность. С т. зр. Н. О. Лосского, религиозность является «основной, наиболее глубокой чертой» характера рус. народа.

◘ Л и т.: Мистическое богословие. Киев, 199\;Киреевский И. В. Избранные статьи. М., 1984; Леонтьев К Н. Собр. соч.: В 9 т. М, 1912–1913; Соловьев В. С. Оправдание добра. Нравственная философия // С о ч.: В 2 т. М., 1990. Т. 1; Флоренский П. А. С о ч.: В 2 т. М., 1990; Франк С. Л. Духовные основы общества. М., 1992;ЛосскийН. О. Условия абсолютного добра. М., 1991; Schultze В. Russische Denken. Wien, 1950.

В. Л. Курабцев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *